запомнить
Войти
Найти Рейтинг авторов

Иллюзион. Квест на превосходство / Глава 9

Глава 9. Дьявольское пламя


Песок. Песок — это плохо. Не совсем, конечно, но лучше бы была какая-то зелень. Песочная буря тут мало поможет, а если… Регина до боли в суставах впилась пальцами в землю, вырывая из спящего небытия всё, что могло прятаться глубоко внутри. Ведь что-то точно пряталось, они же находятся на травяной пустоши посреди леса. Тут всегда была трава. Нужно лишь до неё добраться.

И она добралась. Отмахиваясь от раздражающей и мешающей саранчи, Фокс чувствовала, как под ней задрожала земля. Чувствовала исходящее от неё тепло. Силу. Ту силу, которую может ощущать только она. И это вдохновляло. Каждый раз. Заставляло верить в себя. Окрыляло. Дарило надежду. Помогало давать отпор своим страхам. Вот для чего ей нужны игры. Не доказать, что она лучше других. Доказать себе, что она способна. Что она может.

Усилившаяся дрожь земли оповестила, что поиски завершились. Почву, подобно смертельным жалам, прорезали грубые, шероховатые корни. Они взвивались ввысь, расширяясь на глазах и превращаясь в крепкие стволы деревьев, разрастались паутиной лиан, превращая арену в подобие паучьей обители.

Не сказать, что это застало демона разрушений врасплох. Он с легкостью отбивался от змееподобных оживших ветвей, намеревающихся опутать его и, отсекая налетающие на него “головы” перепончатыми крыльями, словно те были созданы из сверхострой стали. И все же этого хватило, чтобы на какое-то время Абаддон отвлекся от жертвы и потерял зрительный контакт со своими маленькими приспешниками.

Раздраженно раздавив ногой парочку надсадно хрустнувших насекомых, Регина затерялась среди образовавшегося посреди песчаника густого непролазного леса. Сейчас, она самой себе напоминала Маугли. Хотя, признаться, вряд ли он когда-нибудь забирался по коварным веткам с такой же ловкостью. Оно и понятно — под лесного мальчика, выросшего среди диких зверей, ни один древесный ствол и ни одна лиана не подстраивалась.

Для Фокс же они создавали причудливые подобия лестниц и укромный шалаш выше уровня человеческого роста, за листвой которого еще не так-то просто было бы её разглядеть. И пока было время, Фокс лихорадочно вспоминала давно похороненные в памяти знания. Руна... какая руна ей нужна?

Для многих демонов низшего уровня достаточно одной единственной руны изгнания, весьма простенькой и с первых годов обучения прочно закрепившейся в мозгах учеников. Но для Абаддона она своя. Особенная. У нее же ещё был такой странный несимметричный нарост внизу…

Только бы вспомнить как правильно изобразить. И не дай бог ошибиться, а то вместо изгнания демона обратно к Адским Вратам, создаст армию клонов или вызовет ещё парочку тварей, на подмогу. И тогда уж точно — несите совочек и веник, будем собирать то, что останется от неудачника под четвертым номером.

Да, вспомнила! Хорошо, руну Регина вспомнила — эту нелепую двойную загогулину, похожую на танцующих человечков в приступе эпилепсии. Теперь осталось только понять, как запечатлеть ее на лике Абаддона. Иначе не сработает. Руна должна коснуться того, кого собирается изгнать.

И вот как ей подобраться к этой гигантской летучей крысе? Да от одного размаха крыльев её откинет назад, пробив невидимый барьер — и на метр не приблизишься. Хотя нет. Барьер, скорее всего, выдержит. А вот её аккуратно намажет на него слоем масла.

Хрустнувший под Региной шаткий настил тактично намекнул, что она обнаружена. Пока он окончательно не осыпался трухой, пришлось срочно перебираться в другое укромное местечко, срывая на бегу тонкую колючую веточку. Как бы ни так! Всё вокруг серело и мумифицировалось, осыпаясь в пепел прямо на глазах — Абаддон явно не был сторонником Гринписа.

Пришлось задействовать запасной вариант с песчаной бурей, накатившей на демона яростной и беспощадной волной. Много времени это не подарит, но хватит, чтобы нарисовать руну. Фокс, стиснув зубы, выводила острым концом ветки мудреные зигзаги на собственной ладони, капая стекающей кровью на лиственный настил.

Иначе никак. Не подойдешь же к этому рогатому тлеющему типчику и не попросишь его секунду-другую не двигаться, пока она будет оставлять автограф. Теперь главное не терять время, пока не начнется регенерация. От “частичной” руны толку будет столько же, сколько от стакана воды во время пожара на бумажной фабрике.

Рука с “импровизированным ножом” дрогнула, прочертив на запястье кровавую борозду. Интуитивно Фокс отдала мысленный приказ стихии защитить хозяйку, и это было, пожалуй, самое разумное решение, которое она принимала за последние пару месяцев. Она даже толком ничего не успела понять — лишь заметила сгустившуюся черноту через сомкнувшиеся в единую стену ряды ветвей...

По ощущениям — вокруг взорвалась токсичная бомба. По крайней мере, запахло химическим растворителем. Фокс чувствовала, как в агонии морщились и скукоживались, словно их залили кислотой, внешние слои её убежища. Где-то их прожгло настолько, что появилась брешь, но живые отростки тут же закрывали её, не пропуская внутрь ядовитый чадящий дым.

Видимо, Абаддон психанул и решил вычистить арену своим любимым оружием — тем, что за минуты превращает в руины и горсти костяного пепла цветущие города. Окажись Фокс там, снаружи, её тело разъело бы настолько, что уже не помогла бы никакая метаморфия.

Ладонь начало покалывать — время исходило. Интересно, какого же было удивление Абаддона, когда из рассыпавшегося пепельного кокона вниз головой вылетела целехонькая девчонка. На самом деле, Регина очень рисковала. Она не была до конца уверена, что демон находится неподалеку. Тут приходилось полагаться исключительно на собственный слух и отдающие в голове перезвоны текущей по стеблям жизни.

Да, деревья умеют разговаривать. На своем языке, конечно, который даже стихийники не всегда могут понять, но вибрацию опасности, отдающую в каждом листочке, в каждой набухшей почке, уловить для таких как она ничего не стоило. Так что вынырнувшая Фокс оказалась ни много, ни мало — за спиной демона.

— Привет, красавчик, — окликнула его она и, увернувшись от едва не ослепившего её кожистого крыла, полоснувшего по лицу, шлепнула ладонью по каменной, пульсирующей от внутреннего жара, грудине.

Ладонь болезненно обожгло, но задача была выполнена — на серой, шершавой груди красовался кровавый оттиск руны. Раскалившаяся лава опасно ожила. Воздух накалился. Бездонные, напоминающие жерло вулкана, глаза демона злобно сверкнули. Фокс в последний момент укрыло опахалом подоспевших цветущих собратьев, иначе ещё пару-тройку ожогов она бы точно заработала. А так отделалась лишь легким оглушающим взрывом и снопом безвредных искр, не причинившим особого вреда.

Регина осторожно выглянула из-за листвы, облегченно вздохнула и плавно опустилась на землю. Лиана, опутывающая её ногу, подобно верному псу, игриво толкнула хозяйку под коленку, как бы говоря: мы справились, я молодец, да? Я заслужил косточку?

Да, справились. Арена была пуста. Вернее… Абаддон-то исчез, а вот песчаная насыпь теперь напоминала Помпеи после извержения. Выросший тут лес укрывал толстый слой застывшего по контуру пепла. Казалось бы, внешне прочного, но стоило легонько коснуться — всё рассыпалось, оседая у ног горсткой пыли.

Из нетронутого оставался только зависший в воздухе таймер, замерший на последних минутах: 6:27… Двадцать три минуты. У неё ушло на испытание двадцать три минуты! Так долго. А по ощущениям казалось, что, как минимум, раза в три меньше. Ну и ладно. Вон, на другом конце уже появилась слепая арка. Почти такая же, как через которую она вошла. Понятно. Её просят на выход. Ну и отлично. Нечего тут больше делать.

Слегка прихрамывая (и когда она успела повредить лодыжку?), Регина покинула арену. Не успела она переступить черту исчезнувшего за ее спиной прохода, как на неё набросилась Мо: сухонькая, слегка сгорбленная и абсолютно седая, по росту достающая Фокс едва ли до ключицы, но настолько злющая, что встать на пути у старушки не рискнул бы и сам Абаддон. Себе дороже.

Вот и Регина не сопротивлялась, пока Мо обрабатывала ей раны, тормошила как куклу-неваляшку, проверяя на сотрясение мозга, и неустанно бурчала:

— Вот бы им всем головы пооторвать! Ишь чего удумали! То этого занозчивого божка с бивнями притащили, еле избавились. Теперь мне вон детей калечат нечистью проклятой, век бы её не видала! Сами бы задницу подняли, а не несовершеннолетних отправляли на верную смерть! — не унималась она, ругая на чем стоит свет судей и распорядителей игр. — Да куда там! Сами немощные, и минуты не простояли бы, зато критиковать умеют! Верно говорят: кто ни на что неспособен, рвётся других оценивать... 

Фокс в монологе участия не принимала. Она все ещё чувствовала легкую слабость и хотела просто присесть, передохнуть, только вот в пустом коридорчике, в котором она оказалась, это сделать было негде. Лишь на носилки, которые караулили в стороне несколько скучающих санитаров в лице Анчуток: маленьких духов, в росте доходящих обычному человеку едва ли до колена.

Смешная особенность этих малышей — они полностью покрыты шерстью, а вот головы у них абсолютно лысые. Да и по натуре эти ребятки злобные и пакостливые, так что видеть их сейчас среди бравых ”медработников” было странно… Наверное, Мо как-то умудрилась выловить их и направить проказливую душонку в полезное русло. Что ж, дело хорошее, но, слава богу, носилки и носильщики в этот раз не понадобились. Регина вполне была способна держаться на своих двоих.

Неприметная дверь, слившаяся с деревянной отделкой стены, открылась, впуская в изолированное от звуков помещение, гул шагов. Это к ним вылетел Генри: целехонький и невредимый. Не считая только если парочки царапин, разбитой брови и кое-где подранной одежды. Словно в подворотне подрался с местной гопотой.

— Живая? — с заметным облегчением выдохнул он, заметив Регину. — Отлично справилась. Умница.

— Ты сам как?

— Да что со мной будет? Так, руку слегка повредил, но Мо быстро меня подлатала.

— Ты, яхонтовый, не хорохорься, — грозно прицыкнула старушка. — Кости-то я тебе вправила, но чтоб пару дней никаких глупостей! Дай сухожилиям нормально срастись.

— Ого… — присвистнула Фокс. — Это кто тебе достался?

— А, — отмахнулся Генри. — Мантикору подсунули. Проворная зараза оказалась.

Оставалось только снова присвистнуть. Да она ещё легко отделалась, оказывается. У неё-то с конечностями, к счастью, никаких внутренних разногласий не было. А царапины вообще ерунда. Самое серьезное, что она заработала сегодня — психическую нестабильность. Демон разрушений и хаоса влез в слишком сокровенные и потаённые уголки памяти, которые не стоило лишний раз ковырять пальчиком кому попало.

А вот Генри пришлось попотеть. Мантикора — чудовище с телом льва, головой человека и хвостом скорпиона имела три ряда зубов, ядовитые шипы, убивающие мгновенно от легкого укола и на редкость склочный характер. А ещё она была жутко изворотливой тварью, от которой не так-то просто скрыться. Мантикоры в один прыжок преодолевают большие расстояния, набрасываясь на жертву. И они не играют подолгу в кошки-мышки, для этого эта живность слишком гордая. Они просто убивают. Холодно. Расчетливо. И быстро.

— И как ты справился?

— Наколдовал льва. Ты же знаешь, у этих двоих вечные конфликты. Да и в силе они примерно равны.

 — Умно. Очень-очень умно, — Фокс с огромным уважением посмотрела на парня.

Признаться, ей бы такая идея и в голову не пришла. А если бы и пришла, то в самую последнюю очередь. Когда возможно было бы уже поздно. Хм… а чтобы сделала она? Ответить прямо сейчас Регина на этот вопрос не могла. Либо слишком вымоталась после собственного задания, либо мозг у неё начинал работать исключительно в стрессовых условиях.

— Да ладно, — смущенно отмахнулся Генри, взглядом спрашивая у закончившей осмотр Мо разрешения и беря Фокс за руку. — Пойдем, все там. Ждут выхода Орлова.

Её повели через узкий проход уже знакомой двери, а оттуда к лестнице, уходящей вверх на несколько пролетов. Ещё одна дверь, теперь уже металлическая и они вышли в один из секторов амфитеатра. Небольшой и почти пустой. Кроме Эшки и Сальп никого, при том, что скамей для зрителей было с десяток. Наверное, этот сектор чисто для игроков.

Зато вид открывался что надо. Вся арена как на ладони. Сейчас на ней копошились толпы лешаков, скачущие с граблями и выравнивающие песочек. Большая часть пепельных руин уже исчезла — вероятно, постарались двое мужчин, занимающиеся скромными остатками серых джунглей в отдалении.

Регина с любопытством коснулась подрагивающего и едва уловимо мерцающего экрана во весь рост — а вот и защитный купол. Самое интересное — он был непроницаем только изнутри, сейчас же Фокс могла разглядеть всё — вплоть до бесчисленного количества скамей, на которых в несколько ярусов восседали зрители, ряды репортёров, безперерывно щелкающих вспышками фотокамер и главной судейской трибуны.

С такого расстояния разглядеть конкретные лица, конечно, сложно, а вот массовость без проблем. У Регины даже холодок по телу прошел — сколько же тут собралось людей, не сосчитать. И все видели, как она кривилась от боли… Позор.

— О, а вот и наша звезда пришла, — хмыкнул перс, вальяжно развалившийся на одной скамье и закинувшей ноги на другую, уровнем ниже. Какой довольный-то. И куда подевалась его недавняя бледность? — Что-то долго ты копалась. Решила по максимуму засветиться для камер? Как головка? Не перенапряглась?

Фокс отмахнулась, не считая нужным отвечать на открытое ехидство, однако внутренне напряглась. Задумчиво посмотрела на Аканту, скромно сидящую в стороне. Гречанка хоть и молчала, но встретившись с ней взглядом, Регина заметила отчетливо промелькнувшее ликование на хорошеньком личике.

Оба собой довольны — это очевидно. И понятное дело, прошли свои испытания, раз живы и находятся здесь, но тут словно было что-то ещё... Фокс вопросительно посмотрела на Генри.

— Жюри оценивает нас по своим параметрам, — слегка смущённо ответил он на незаданный вопрос. — Из них потом и вычисляется средний балл. Им мало того, что мы просто справились, им важно какими способами мы воспользовались и сколько времени при этом потратили.

— И сколько времени ушло у тебя? — начиная понимать, что к чему, осторожно спросила Регина.

— Чуть меньше твоего, — ещё более скомкано отозвался Генри, поспешно переключаясь на её почти зажившую ладонь с проступающим шрамом от руны. Кровь уже не шла, но Мо всё равно зачем-то всучила пациентке проспиртованный бинт и велела обмотать кисть. — Это ты здорово придумала. Я бы не догадался.

Ни его корявые попытки соскочить с темы, ни хорошо различимый смешок перса, когда разговор зашел о времени, Фокс нисколько не понравились. Внутри начало зарождаться совсем нехорошее ощущение… Ох, что-то явно тут не так. Ещё и Мо там что-то говорила по критике… Кажется, она неслабо облажалась.

Продолжить разговор и выяснить все обстоятельства им не дали. Из невидимых динамиков разнесся голос комментатора. Приглядевшись, Регина заметила и силуэт в высокой будке-пристройке на самом верху амфитеатра. Наверное, оттуда открывался отличный вид. А если пошаманить с настраивающими фокус заклинаниями, так и вовсе — обзор на триста шестьдесят.

— Отлично! — тараторил бойкий мужской голос. — Перерыв закончен, а арена почти готова для последнего чемпиона! Ух, вы себе не представляете, сколько надежд и опасений возложено именно на него! Некроманты на играх! Это же… даже не исключение из правил, а невиданный нонсенс!!! Эксклюзив! Посмотрим, так ли хороши эти ребята, как о них говорят. О, а вот и информация подоспела. Что ж, посмотрим, что у нас там есть на этого длинноволосого красавца, мечту всех девчонок и якобы женишка нашей не так давно покинувшей арену прошлой участницы…

Регина вздрогнула от неожиданности, когда на неё вдруг уставилось лицо Влада. Огромное, оно занимало чуть ли не половину обзора экрана сектора игроков. Фотография просвечивала, через неё по-прежнему можно было наблюдать за зрителями на другом конце стадиона, которые точно так же теперь смотрели на изображение, появившееся в их зонах. Слева от фотографии в воздухе торопливо расползались строчки.

— О, — не переставал тарахтеть комментатор. — А у нас тут веселенькое досье: не зря же говорят — противоположности может и притягиваются, зато общие беды сплочают. Вот значит что сблизило наших голубков. Итак, посмотрим. Имя — Владислав Орлов. Год рождения, тра-та-та… Способности к магии… Да вы посмотрите, прочерк! Из семьи полукровок, в родословной имелись колдуны и маги-вуду, но сами способности к магии так и не были выявлены. В десять лет был забран в закрытую Академию Тёмных Искусств. Тогда же потерял связь с родственниками… Интересно. На несколько лет о нём никто ничего не слышал, а теперь вот, благодаря МИИ, мы все знаем, что стало с юным недоволшебником и в кого он превратился. Как однако бывает иронична судьба…

Регине чтобы не упасть, пришлось схватиться за плечо Генри. Перед глазами поплыло. Англичанин осторожно помог ей присесть на скамью.

— И что… — заикаясь, с трудом произнесла Фокс, смотря на расплывающиеся строчки. — Они так каждого участника представляли? — ответа она не получила. По крайней мере, словесного. Но все было и так видно по лицу Генри. — И что обо мне понаписали?

— Да всё хорошо, — успокаивающе поглаживая её, отозвался тот. — Ничего страшного. Они и по мне проехались. Не обращай внимания.

Не обращай внимания. Да, прекрасно. Легко сказать. Это что же, теперь всем известна её детская травма… Та, от которой она бежала сколько себя помнила. И как сильно хотела забыть. Мало того, что ей пришлось сегодня снова пережить эти ужасные минуты унижения и беспомощности, так теперь и тысячи присутствующих знают обо всём… А через несколько дней узнают и остальные. Как только испытание покажут по телевидению…

Регина чувствовала, как её трясет. Руки ходили ходуном. Коленки стучали друг об дружку. Хотелось прямо тут на месте разреветься. Останавливали лишь внимательные кукольные глазки Аканты и с интересом наблюдающий за её реакцией перс. Нет. Такого удовольствия она им не доставит. Пришлось срочно приходить в себя. Глубокий вдох и выдох. Глубокий вдох и выдох... Стало чуть лучше…

А болтливый комментатор, тем временем, продолжал развлекать публику. Изрядно походив по костям Орлова, он, наконец, закончил с его досье и принялся поторапливать распорядителей, чтобы те дали отмашку скорее начинать испытание. Арену к тому времени уже полностью привели в прежнее состояние. Теперь она снова пустовала. И, к счастью, фотография Влада тоже исчезла, вернув на место прозрачный купол.

Прозвучал сигнал, ознаменовавший последнее на сегодня выступление. В проеме из ниоткуда (хотя теперь-то Фокс уже видела, что коридор, по которому она шла, проходил под одной из зрительских трибун) появилась арка, из которой неторопливо и даже словно бы с ленцой появился Орлов. Почти в этот же момент слева на “экране” со стороны зрителей появилось его увеличенное лицо, как будто приблизили несуществующую камеру.

Влад, в отличие от Регины, не стал тормозить на входе, сразу пройдя к центру поля. Безучастно скользнул взглядом по защитному барьеру. Усмехнулся. И вот вроде бы ничего особенного, но Фокс готова была поклясться, что для некроманта невидимой завесы, которая была у неё, как раз и не существовало — сейчас он смотрел точно туда, где в воздухе, в одном из секторов, голографировало его собственное лицо.

Правда долго разглядывать самого себя ему не дали. В шагах десяти от Орлова воздух начал сгущаться, напоминая помесь грязных нестиранных облаков и плотного вязкого тумана. Влад с непрошибаемым спокойствием смотрел, как к нему вышла высокая красивая женщина… Нет. Три.

Три женщины. Три одинаковые женщины, стоящие вплотную друг к другу и смотрящие в три стороны. Невероятно красивые. Со смуглыми точеными чертами, черными волосами, спадающими на плечи и облаченные в бордовые хитоны. У одной в руках факел, вторая держала живую змею, третья поигрывала кинжалом.

Аканта Сальп, сидящая позади Регины, в ужасе вскрикнула. Она первая узнала новоприбывших. Неудивительно. Ведь что Мантикора Генри, что эти три барышни, имели нечто общее — все они родом с берегов Греции, омывающихся пятью морями.

— Ты узнала? — негромко спросил Генри у Фокс. Та в ответ лишь кивнула, не в силах оторваться взгляда от прекрасного и устрашающего облика красавиц. Богиня тьмы и чародейства. Геката.

Когда-то она правила триадой человеческого существования: рождением, жизнью и смертью. Управляла временем: прошлым, настоящим и будущим. Была и мраком, и светом одновременно. Помогала людям в повседневной жизни, благоволила военному ремеслу и утешала брошенных влюбленных.

Но она же считалась и хозяйкой мрака, покровителем мести и чёрного опасного колдовства. Её статуи ставились на перекрестках, защищая от злых духов, но при этом именно её винили в человеческом безумии, помешательстве и одержимости. Уже тогда, в древности, она славилась своим непредсказуемым нравом.

Понятное дело, время божественных пантеонов давно прошло, боги были отвергнуты, свергнуты и забыты. Многие, находясь в изгнании в глубинах Тартара, и по сей день верят, что вернут прежнюю власть. Другие просто мечтают о мести.

Геката одна из таких. Эта тройственная и никому не подчиняющаяся феминистка, в чьем теле текла кровь гордых титанов, с самого начала отказывалась мириться с поражением. Так что никто не представлял, чего от неё можно ожидать. Она всегда жила по собственным правилам, а тут ещё и века заточения хочешь-не хочешь, но отразились на бессмертной психике...

Послышался лай. А вот и верные спутники богини — гончие псы. Черно-угольные и с немигающими зрачками, прожигающими всё насквозь. Фокс как никогда была рада, что она сейчас здесь, за барьером. Не хотела бы она быть на месте Орлова. Ни за что. Древние боги — это вам не демоны, пускай и высших уровней.

Демонов уничтожают, изгоняют, с ними сражаются, в конце концов… С богами же можно только что попробовать договориться. Вернее, именно это сделать с ними как раз и нельзя. Бессмертные чрезмерно высокомерные персоны, не привыкшие водиться с мелкими букашками вроде недолговечных и таких хрупких смертных.

Однако, и это поражало, Орлов и бровью не повел на появление древнего божества. На его лице не то, что мускул не дрогнул, его лицо в принципе ничего не олицетворяло. Полнейшее спокойствие. Абсолютное безразличие. А, может, и нет… Что-то подсказывало Регине, что просто уметь скрывать эмоции и действительно ничего не бояться — совершенно разные вещи.

Изваяние Гекаты дало трещину — это две фигуры отделились от третьей и неспешно, шелестя юбками, разошлись в стороны, тем самым как бы заключая некроманта в треугольник. Центральная, та, что стояла с факелом, и она же, судя по всему, главная, так как гончие замери именно у её ног, изящно вскинула голову, рассматривая Влада.

— Любопытно. По лунному календарю ты давно мёртв, некромант, — раздался по секторам её мягкий обволакивающий голос. Настолько отчетливый, что казалось, она произнесла это не там, внизу, а рядом, стоя над ухом.

Влад ничего не ответил. Просто стоял и смотрел на богиню из-под упавших на лицо длинных прядей.

— Ты боишься? — продолжала Геката. Снова молчание. — Чувствую, что боишься. Ты ведь знаешь кто я и на что способна. Что могу сделать с такими, как ты…

— О!!! Распорядители просто гении, — стряхивая со зрителей гипнотическое оцепенение, навеянное вкрадчивым женским голосом, затрещал комментатор. — Всё верно. Кого ещё подсунуть некроманту, как не дочь богини Астерии, покровительницы ему подобных. Поговаривают, доченька вобрала в себя всё самое лучшее от папочки титана и мамочки, богини лунного света и тёмной силы, а это значит что Геката одна из немногих, кому нестрашна некротическая магия. Более того — ей под силу и убить некроманта. Его же собственным оружием.

Регина ошарашено обернулась к Генри.

— Серьезно? Просто гении? Распорядители просто гении? Вытащить из ада свихнувшегося божка — вверх гениальности? Науськать ядовитую дрянь, питающуюся бифштексами из человечины — тоже гениальность? — Фокс только и оставалось всплеснуть руками. Слов больше не находилось. — Кажется, я чего-то не понимаю.

— Это же шоу, — пожал плечами тот. — Людям нужно зрелище, вот и всё. С каждыми играми ставки увеличиваются. С каждым разом зрителям нужно больше, опасней и эффектней. Иначе интерес пойдет на спад, и многие потеряют целые состояния.

— Так неправильно, — не унималась Регина. — Нельзя так. Первые игры тоже были опасными, но все же… более человечными. До крайностей не доходило.

— Но при этом, как помнишь, жертвы всё равно были. Ничего не поделаешь. С другой стороны: растут ставки — растут и требования к участникам.  Тех, кто играл те же лет тридцать назад, сейчас после отборочных отсеяли бы не думая.

— Хочешь сказать — наше поколение сильнее?

— А следующее будет ещё сильнее, — согласился Генри. — Это нормально. Меня только знаешь что пугает?

— Что?

— Это лишь первое испытание. Боюсь представить, что будет дальше.



(продолжение от 22.11.2018)



Игры продолжались. Слова Генри никак не выходили у Фокс из головы, так что происходящее на арене и постоянные замечания комментатора она вроде бы слышала и видела, но словно в какой-то дымке: как через запотевшие очки. Поэтому когда арена вспыхнула языками пламени, Регина едва не свалилась со скамьи от неожиданности.

Огонь поглотил всё. И Гекату с её ипостасями, и ручных песиков, несколько минут назад науськанных на Орлова, и самого Влада, который, собственно, и вызвал адский пожар. На поле не осталось ни одного живого участка — ничего. Только пламя. Смертельное пламя. Везде, повсюду. Оно стояло стеной, смешиваясь с едким чёрным дымом.

Жар был настолько обжигающим, что умудрялся пробиваться через защитный барьер в жилые сектора, раскаляя воздух. На открытых уличных трибунах, наверное, было ещё терпимо, а вот в их, закрытом, в минуту стало душно. Слезились глаза.

Трансляция камеры в фоновом режиме давала сбои. Видео рябило и дергалось. Распорядители игр и отдел безопасности пытались держаться, но уже заметно паниковали. Кто-то поспешно звал водяных. Зрители повскакивали с мест, пытаясь разглядеть хоть что-то среди огня. Судейская трибуна испуганно переглядывалась, не понимая, что им делать...

Регина долго всматривалась в расползающийся от накалившейся защитной стены пар и, повинуясь порыву, осторожно коснулась подушечками пальцев невидимого купола. Правда тут же отпрянула назад, тряся обожженную руку. Вот это да!    

— Этот псих вызвал огонь из глубин Ада, — опешил перс, кидаясь к двери и распахивая её настежь, чтобы они окончательно не задохнулись. — Да его даже самые сильные подземные твари не всегда могут контролировать, а он… Он нас всех сейчас поджарит!

— Почему они сидят? — прищурившись и уже с трудом разбирая очертания на другом конце стадиона, спросила Регина. — Почему ничего не делают?

— Пока нельзя туда соваться. Если пламя найдет брешь — защита не выдержит и нам всем... ОСТОРОЖНО!! — заорал вдруг Генри, валя её на пол.

Придавленная немаленьким телом Фокс больше ничего не могла увидеть, да это уже было и не к чему. В какой-то момент всё потонуло в черноте и диком грохоте. Земля под ногами сердито качнулась. Уши заложило. Почему-то затрещали стекла.

Не сразу, но Регина быстро поняла, что произошло. Огню стало тесно в маленьком пространстве. Он начал пожирать сам себя и,  не имея достаточной мощи проломить защитный барьер, не придумал ничего лучше, кроме как… взорвать арену к чертовой матери.
06 декабря 2018 мне нравится
Оценили: Совка ЁжичКош_Иванычи 3 гостей.
Комментарии:
Офигеть, какие неожиданные повороты :))))

Гость 06 декабря 2018

И Орлов весь такой супер-крутой в своём испытании(тут зелёный смайлик) Вот так и хотелось, чтобы там от него уголечки остались)))Но ты так не сделаешь(((Будешь до последнего мучить.

Кош_Иваныч 07 декабря 2018

Гость, почему неожиданные? :))

Витальевна 10 декабря 2018

Кош, ну ты прям вообще категорично против него настроена :D

Витальевна 10 декабря 2018


 
 

Витальевна

Красногорск

Была 10 декабря 2018

Разделы:
Страница VK:

https://m.vk.com/vitalievna1991

Группа в VK:

https://vk.com/muravskajairina

Страница литературного портала ЛитНет, на котором я также публикуюсь:

https://litnet.com/irina-muravskaya-u161517


"Ты это... Заходи, если че!"(с)

______________________________

"Когда у меня ступор, мне удобней перечитать написанное, чем тупо ломиться дальше. Бывает, что в отобранном материале находится вдохновение. Начиная писать, я отталкиваюсь от одной идеи, а по ходу замысел меняется, а с ним и восприятие"(с) Однажды в сказке

"Так-то я лишний раз убедился, что от автора зачастую зависит только решение, писать ли книгу или не писать ее; раз решение принято - она пишется сама и принимает ту форму, которую должна принять по внутренней необходимости" (с) Ф.Ф. Зелинский

"Вы никогда не задумывались, что книги живут отдельно от писателей? Имеют свою особую, никак не соединенную с ними судьбу? Ну, как яблоко, когда отделится от яблони, уже никак с ней не связано. Живет отдельной независимой жизнью, и яблоня смотрит на него даже с некоторым недоумением: неужели это яблоко мое?" (с) Йозеф Эметс

"Перо всегда могущественней программы редактирования текста" (с) Йон Колфер

Реклама

Yanita.net - пошив на заказ: