запомнить
Войти
Найти Рейтинг авторов

НАС НЕВОЗМОЖНО УБИТЬ(2)

Дружить со мной нельзя, любить меня – не можно!
Прекрасные глаза, глядите осторожно!
Баркасу должно плыть, а мельнице – вертеться.
Тебе ль остановить кружáщееся сердце?
М. Цветаева

Тренировка продолжалась ещё минут сорок. За десять минут до ее окончания в помещении появилась ещё одна небольшая группа, состоящая из шести человек, с красными лицами и тяжёлым дыханием. И вот тут-то меня и заклинило. Наверное, столкнись мы на улице, я бы не узнала ЕГО. Десять лет…нет, семь. В последний раз я видела его семь лет назад, в Москве. Увидела в окно, сидя в кафе с подружками, а он садился в автомобиль с какой-то шикарной блондинкой.
И почему-то сейчас, именно в этот момент я не почувствовала того, что должна ощущать, когда встречаешь свою первую любовь, у меня не было всех этих признаков с колотящимся сердцем или сбившимся дыханием. Нет! Внутри образовалась в один миг какая-то щемящая пустота. Словно ты увидела то, что у тебя когда-то отобрали, а ты вроде как скучала, но в то же время давно отпустила. И эта пустота почему-то болела. Болела так, что хотелось заплакать. А нельзя. Вокруг люди и они на тебя смотрят. И он смотрит, как на что-то сверхъестественное, потому что, по сути, сейчас ты единственная девушка в помещении, и тебе почему-то позволили здесь остаться. Или узнал? Что очень вряд ли.
-Василич, ты сегодня зверь, - проговорил один из вошедших, оперевшись на свои колени, чтобы восстановить дыхание.
-Зато опаздывать больше не будешь, - хмыкнул ОН, легко вышагивая вокруг парней. – Все, в душ и свободны.
Молодые люди ещё немного возмущались, пока направлялись в душевую, а ОН встал рядом с Петровичем, наблюдая за процессом. Мужчины о чем-то говорили, иногда тренер косился на меня, не знаю зачем, но при этом я чувствовала, что сердце пропускает удары. А когда ОН глянул из под своих густых бровей, я поняла, что пустота внутри начинает меня засасывать. Даже кончики пальцев онемели. Затем Петрович дал два свистка, и все, кто находился здесь отправились туда же, куда и предыдущая группа, а ОН (О, Боже!) снял футболку, натянул перчатки и подошел к одной из свисающих с потолка груш. И в этот момент мне почему-то стало стыдно. Стыдно на него смотреть. Казалось, что я не имею право подсматривать ща этим интимным процессом. Хотя в этих стенах он казался таким же естественным, как и то, если бы я разделась в бане.
-Ну, что, идём попьем чай? – предложил Петрович, направляясь в свой кабинет. Хотя почему-то это помещение мы всегда называли коморкой.
Сейчас здесь изменилось почти все. Вместо старого советского подранного дивана стояла новая тахта, где иногда тренер ночевал. Остальную мебель составлял небольшой письменный стол, два стула и шкаф у стены. Когда-то выкрашенные зеленной краской облупленные стены сейчас претерпели обновление и теперь не выглядели так удручающе. Одну из них занимали грамоты и фотографии, начиная со времён открытия школы.
Петрович включил кнопку электрического чайника, который стоял на подоконнике, достал из шкафа два бокала, чайные пакетики и небольшую вазочку с пряниками и конфетами «Птичье молоко». Поменялась обстановка, но человек остался все тем же. И своим пристрастиям он не изменял.
-Рассказывай!
-Я словно на приеме у психолога, - улыбнулась я краешком губ, присаживаясь на один из стульев.
-По сути, так оно и есть. Знаешь сколько у меня за всю жизнь было учеников? Вот и я не знаю точное число, но я помню каждого поименно, и лица помню. И знаешь, стены этого кабинета многое слышали. Да, иногда я жёсткий и черствый, но своих я не бросаю, если вижу, что они нуждаются в помощи.
-А я нуждаюсь? – уточнила я.
-Да, иначе бы не пришла.
-Не думала, что придется изливать душу.
-А я и не прошу. Просто выпей со мной чаю, - тренер наполнил мой бокал, в котором кипяток сразу же начал окрашиваться в коричнево-красный. Не пью я чай из пакетиков, но сейчас он мне казался необходимым.
-Я пережила тяжёлый и продолжительный развод, - наконец, призналась я. Иногда выговориться – это лучшее лекарство для души. – Без папиной помощи. Представляешь, впервые справилась без него. Мы делили все нажитое имущество вплоть до телевизора. И, понимаешь, мне были не важны эти деньги, которые я получила после, мне важно было справиться самостоятельно и доказать себе, что я что-то могу. Поэтому пошла до конца, выжала себя.
-Ты пришла ко мне в зал в семилетнем возрасте, - начал Петрович. – Как сейчас помню, что ты старалась выполнить все, что делали уже более опытные ребята твоей группы. В тебе было столько упорства, столько целеустремлённости. А потом, - он вздохнул, - потом ты это все растеряла. И не из-за того, что потеряла интерес, а из-за отца, который тебя слишком опекал. Ты знала, что любую проблему твою он решит и что можно остаться безнаказанной.
О чем он говорил я догадывалась, только не могла понять, как узнал. Господи, это ведь было так давно, что сейчас казалось неправдой.
-А ещё знала, что могу получить все, что только пожелаю.
-Но ведь не все получила, - хитро улыбнулся мужчина.
-Есть в жизни вещи, где папа не поможет, - я отпила из бокала. Вкусно! – А откуда ты знаешь?
-Думаешь было не видно?
Говорили мы сейчас о только для нас известных вещах. И мне так нравилось, что он не сказал ничего прямо, не бил в лоб фактами. Нет, от стыда бы я сейчас уже не сгорала, но всё же эту дыру, что сейчас перестала меня засасывать на какое-то время, уже не запечатаешь. Мы ещё немного пофилософствовали, обойдя опасные для меня темы, а когда я засобиралась домой, тренер вдруг сказал:
-После семи можешь приезжать. Как раз у Андрея занятия заканчиваются. Он не любит, когда ему мешают.
-Спасибо, Петрович! И кстати, пряники зачерствели. Я завтра свежие привезу.
Уходила, не смотря в ЕГО сторону. Я знала, если взгляну, то будет болеть сильнее. Андрей Разумовский или, как его тогда все называли, Анраз. В клетке он носил имя Дикий. А для меня он был Андрюшка. Не могла о нем думать по-другому.
Наверное, все четырнадцатилетние девочки создают себе идеал, влюбляясь во что-то недостижимое. Этим недостижимым для меня и был как раз Разумовский. Разница в возрасте в пять лет ощутима, когда ты подросток. Взрослый красивый парень будет смотреть на тебя, как на букашку, или вообще не замечать, как было в моем случае. И сейчас не действует то, что после суда ты разочаровалась во всех мужчинах. Это неправильно, но против Разумовского были бессильны все мои правила. А я об этом даже не знала до этого самого вечера. Он казался тем запретным плодом, вкусить который мне не довелось. И если тогда я не размышляла на эту тему, будучи в том возрасте, когда поцелуй казался простым обменом микробов. Но сейчас…сейчас это запретное казалось таким притягательным. Особенно, когда ты позволила себе заметить капельки пота на его коже. И ведь на этой груде мышц подобное смотрелось настолько соблазнительно, что снова становилось больно дышать. Даже думать больно.
На следующий день дома я обыскала все коробки со старыми вещами, чтобы найти свои накладки. Помню, как я тщательно выбирала цвета и были они у меня все под определенные кимоно, с этим учётом подбирались и шлемы. Хотя в клубе на соревнованиях мы всегда выступали исключительно под бесящим меня красным цветом.
Естественно, все это старье одевать я не собиралась. Просто было интересно посмотреть, потрогать, повспоминать. Поэтому в этот день шоппинг был исключительно по «Спортмастеру». А когда глянула на себя обтянутую лосинами, поняла, что лучше уж что-то пошире, да помешковатее, чтобы скрыть костлявость. И все же продавец-консультант засыпал меня комплиментами, чтобы только я купила эти чертовые дорогущие лосины, а вместе с ними и шорты. Ладно! Когда-нибудь же мои килограммы вернуться, тем более аппетит, наконец, проснулся, и я уплетала сейчас все, что попадалось под руку.
Не забыла ещё прикупить пряников для Петровича. Ну, и платье выбрала на завтрашний вечер. У нас же всё-таки юбилей.
-Извини, думал, ты знаешь, - развел руками папа.
-Ну, конечно, я же телепат. Пап, я на год выпала из реальности.
-До сих пор обвиняешь меня?
-Нет. Вообще хочется, чтобы все вокруг забыли, а люди не устают напомнить.
-Как раз о вопросе твоей личной жизни. Хотел тебя познакомить с одним человеком.
-Когда ты успел свахой стать?
-Ну, а почему бы и нет? Это не твой шалопай.
-Давай так, чтобы тебя не обидеть, я познакомлюсь с ним. Но остального не обещаю, - вздохнула, собираясь с мыслями.
-Хорошо, мне этого достаточно. Главное, чтобы ты не показывала свою изначальную скептическую настроенность.
-Я тебя услышала.
Ещё мне не хватало, чтобы папа выбирал мне с кем дружить. Но мне нравилось, что он шел на конструктивный диалог и уже не пытался навязывать мне человека. Тем более, что сейчас думала я совсем о другом.
Андрей приходил ночью во сне. И почему-то я видела его моложе, в том возрасте, когда он уехал. Я снова в этом сне переживала утрату, которая разъедала внутри. Я чувствовала, как мне плохо, как больно. Тогда для шестнадцатилетней девочки это были самые тяжёлые эмоции. И наверное пережить такое ещё раз было мне не по силам. Хотя я же сильнее, чем думаю. Ведь так?
Не знаю как морально, а физически я была слаба, несмотря на то, что техника вроде как осталась. Наверное, это как езда на велосипеде: ноги болят, но ты всё равно едешь, потому что освоил когда-то это умение. Но я работала. Выжимала из себя последнее, зная, что завтра не смогу одеть шпильки, потому что будут болеть мышцы с непривычки. Но какое это было счастье. Мне давно нужна была подобная взбучка.
-Локти, - услышала я за спиной, когда начала колотить грушу.
-Что? – я думала показалось, думала галлюцинации начались без антидепрессантов. Но нет. За спиной стоял Разумовский и наблюдал за мной.
-Локти немного подними, - он даже подошёл, поправил мои руки для правильного удара. – Так бить легче и удобнее. А то потом с переломами ходите.
Во-первых, его здесь не было, когда я пришла заниматься. Во-вторых, ОН КО МНЕ ПРИКОСНУЛСЯ. В-третьих, наступил тот момент, которого я боялась все это время – он заговорил со мной. В-четвёртых, прикоснулся же! Мне ведь не показалось? И теперь мне надо было как-то реагировать.
-Ты помнишь?
-О чем? – удивился он.
-Что я руку ломала.
-Это была ты? – хмыкнул Разумовский. Вот к таким последствиям обычно ведут ошибки – никто не помнит тебя, зато помнят тот провал.
-Гордиться нечем, понимаю, - пожала я плечами.
-Так ты – легенда.
-Не поняла.
-Девчонки перешептываются и дошло до того, что соперница у тебя была чистый зверь, поэтому не могло быть по-другому, - Дикий улыбался, пересказывая легенду о храброй девочке Жеке.
-Еще лучше, - закрыла я глаза ладошкой от смущения. Смущение? Давно не было в моем лексиконе подобного слова. Это ведь не про меня. Но когда на тебя так внимательно смотрят серые глаза, ты чувствуешь себя именно той шестнадцатилетней девчонкой.
-Так ты детей тренируешь? – принялась я снова бить своими молоточками по огромной наковальне.
-Да, - последовал однозначный ответ. И снова поправили мне локоть. – Сейчас повредишь себе что-нибудь и затаскаешь нас по судам.
-О, нет! Даже если бы очень хотела. Меня от судов тошнит, - говорила я с остановками, выверяя каждый удар.
-Но все же, - проговорив это, он оставил меня одну. Нет, не просто одну, а терзаемую чувством полного внутреннего опустошения. Словно оторвал кусок от души. Искала успокоения, только вот не получилось.
Раньше я не могла разобраться в том, что меня всё-таки гложет, что не даёт в полной мере насладиться жизнью, расслабиться. А теперь я наполнялась одним только взглядом, пусть холодным и пустым, одним лёгким прикосновением. Я даже представить боялась, что было бы если…
И все же уходила я в этот вечер с чувством полного удовлетворения, довольная собой. Я получила то, за чем сюда шла. Моё внутренне Я ликовало от такой разрядки. И все же разум упорно твердил, чтобы я обратилась за этой помощью куда-нибудь в другое место. Фитнес-клубов что ли мало по городу? Наверное, я все же понимала, что могу навредить себе ещё больше, но не могла теперь отказаться от мазохистского самоуничтожения. Все, что так тщательно когда-то скрывалось и забывалось в один момент выплыло наружу. И этот ящик Пандоры мог выстрелить в любой момент. Я хоть и психолог, но ещё тот шизофреник.
Как я и предполагала, все части тела болели с непривычки. Я даже ноги еле с кровати спустила, но через несколько минут смогла расходиться. Что в таких случаях помогает? Много фруктов и белка для употребления в пищу, горячая ванная с эфирными маслами, сауна, массаж. Вечером я должна была надеть каблуки, поэтому весь день только и делала что кушала и валялась в воде. А перед походом в салон побыла десять минут в сауне. С молочной кислотой в мышцах дольше там быть просто запрещено.
В салоне у Нади, где я была записана на прическу и макияж, для меня нашли полчаса для массажа. И вот я такая вся обновленная и жутко довольная собой, напяливала вечернее платье и…туфли с каблучком в два сантиметра. А купленные к этому шикарному черному с золотым творению дизайнеров лодочки на шпильках так и остались одиноко стоять в шкафу для обуви. Обидно, конечно. Ладно, не получится у меня уверенной походки от бедра. Но вот завтра, я дала себе обещание, что утром обязательно побегу. Пробежка пусть пока не на длинные дистанции, но она не будет лишней, если я решила собрать себя в кучу.
-Прекрасно выглядишь, милая, - папа встретил меня непосредственно в на месте проведения мероприятия, которое проходило в огромном зале ресторана отеля «Paul», находящегося в областном центре.
-Кажется, мы с тобой очень гармонично смотримся, - улыбнулась я довольно, поправляя его золотую бабочку. Да, мы гармонировали и дополняли друг друга.
-А я, кажется, не угадал, - донёсся голос сзади. Сердце радостно подпрыгнуло.
-Олежка, - я порывисто обняла свою вторую половинку, нарушая все традиции этикета. Пусть идут все лесом. Я брата не видела целый месяц.
-Знаешь, ты на суп набор стала ещё больше похожа, - рассмеялся он.
-Подрезать бы тебе язык чем-нибудь, - возмутилась я. В этой пёстрой толпе я почему-то сразу выхватила фигурку Аринки. Не знаю почему, но глаз упал именно на неё. Поэтому потащила братца в сторону других родственников, оставив гармонирующего со мной папу встречать гостей.
Официальная часть вечера началась с обращения моего отца к прибывшим, с большой презентации о том, как все начиналось, со слов благодарности партнёрам, ну, и прочей такой ерунды, которая должна была присутствовать на подобных мероприятиях. Я ведь знала, как и многие присутствующие в зале, как Алексей Алексеевич начинал свой бизнес, если его фамилия до сих пор вызывала страх и трепет. Но нет, сейчас он законопослушный гражданин, платящий налоги, и не важно, что было до. Хотя этап «до» всегда важен.
-Скучно, - заявила Арина, сделав глубокий вдох.
-Ну, хоть шампанским угощают, – захихикала я.
-Между прочим, очень неплохое, - указала Аринка на свой бокал.
-Я бы лучше в зал сейчас сбежала.
-На фитнес ходишь?
-Что-то типа того. Все затекло уже от долгого сидения.
-Надо тоже, а то растолстею скоро и твой брат бросит меня. О, смотри какой! – кивнула Арина в сторону, где всего в трёх стульях от нас сидел молодой мужчина, внешность которого кричала о жуткой самоуверенности и о большом самомнении. На вид ему было не больше сорока, при чем, он иногда бросал взгляд в нашу сторону.
-Кажется, он на тебя смотрит, - хмыкнула я, поймав очередную его попытку остаться незамеченным в своей маленькой заинтересованности.
-А почему ты не думаешь, что пялится он на тебя?
-Из нас двоих я бы заинтересовалась именно тобой, - я просто спихивала на неё потенциального ухажёра, а получилось, что сделала комплимент.
-Забьемся?
-Издеваешься?
-Мне скучно.
-Ладно! На что?
-Свидание. Если ему приглянулась ты, то ты идёшь с ним на ужин, а я его оплачиваю. И наоборот, - веселилась Аринка.
-Ладно, я в игре!
Авантюризмом я не страдала, но мне ведь надо же было как-то развлекаться, пока я отдыхаю. Да и мысли о Разумовском нужно было чем-то разбавить. Перед взором до сих пор стояло его суровое серьезное лицо с глубоко посаженными глазами, широким носом, красивой линией губ, точечными скулами с порослью недельной щетины. Во сне его сильные руки прикасались ко мне, они сдирали одежду и ласкали мою тонкую кожу, оставляя на ней отметины. Я почти чувствовала вкус его губ, пыталась стянуть с него футболку…и на этом моменте сон обычно прерывался. Я садилась на кровать в перевозбужденном состоянии, боясь сделать лишнее движение. Пальцы ныли от того, что я не могла ощутить это наяву. Когда детская любовь смогла перерасти в наваждение?
-Добрый вечер, дамы! – мы с Аринкой болтали о моих племянниках под шампанское. Во мне уже был третий бокал, кажется. С ним было на это все смотреть немного веселее. А тут повод для нашего спора взялся из ниоткуда, будто вырос из-под земли. А вместе с ним был мой дорогой папочка. Ну, теперь сразу стало ясно, что я являюсь проигравшей стороной в этой битве красоты. Хотя кто его знает, может, он на Аринку позарился? Оптимизма я решила не терять, как и надежды.
-Позволь представить, это моя сноха Арина, жена Романа. А это Божена, моя единственная дочь, - мурлыкал папа не хуже Чеширского кота, чтобы завлечь своего знакомого. Разве, что в рот не заглядывал.
-А Вы, я так понимаю, тот, с кем меня так хотел познакомить Алексей Алексеевич? – не смогла смолчать я.
-Возможно! Вячеслав Самойленко, - представился мужчина. Поцеловал изящную руку Аринки, потом принялся лобзать мою. Не припомню я таких откровенных знакомств. Переигрывал, кажется, этот Самойленко, но выглядел он очень даже ничего. Да блин, он него веяло какой-то животной опасностью, что не могло не притягивать к нему взгляда. А в сочетании с такой внешностью, смесь получалась атомная.
Аринка, довольная всем происходящим, снисходительно похлопала мне по плечу и нашла повод сбежать. Папа, кстати, тоже переключил свое внимание на гостей, оставляя нас одних, видимо, для конструктивного знакомства, строить которое, я не имела ни малейшего желания, несмотря на интерес к мужчине. Хотелось мне сбежать отсюда. А куда? Ну, ясень пень, что место, где я чувствовала себя спокойно и одновременно волнительно было в городе только одно.
-Так, Вячеслав, - выдохнула я, понимая, что отцу я обещала вести себя хорошо, - давайте с Вами договоримся вот о чем. Я сейчас улыбаюсь, - натягиваю улыбку на лицо, - восхищённо смотрю на Вас и делаю вид, что мне все происходящее нравится. Вы, конечно, очень интересный мужчина, но я только что развелась и поэтому не планирую окунаться снова в этот водоворот страстей. Я пообещала Алексею Алексеевичу, что произведу на вас хорошее впечатление, но я очень устала и у меня всё болит от тренировок, поэтому, пожалуйста, давайте сделаем вид, что мы друг другу понравились.
-Какой Вы интересный собеседник, - ухмыльнулся он.
-Я понимаю, что поставила Вас в неловкую ситуацию. Но я девочка взрослая и сама выбираю с кем мне дружить. Если Вам будет угодно, могу поужинать с Вами на днях, – как ни крути, а я спор есть спор.
-Хорошо! Может, тогда у Вас будет более располагающее настроение, и Вы не будете настолько уставшей.
-Возможно.
-Но хотя бы станцуйте со мной, - попросил он.
-Но ведь никто не танцует, - оглядела я разношерстную публику, которая упивалась вином и объедались закусками.
-А Вы делаете только то, что остальные? – вот теперь он меня заинтересовал. Он смог завладеть моим вниманием. Совершенно очевидно, что это и делалось исключительно с одной целью, но мне вдруг понравилось.
-Идемте танцевать.
Я вложила свою тонкую руку в его большую ладонь, другую положила на плечо, тогда как он коснулся нежно моей талии. Если мужчина знал себе цену, то, наверняка, был в курсе, что и напрягаться ему не нужно для того, чтобы произвести впечатление, даже на такую капризную особу, как я. Он медленно повел, тогда, как я выхватила из толпы довольное лицо триумфатора Алексея Алексеевича Барышников. Интересно, по чьим правилам я сейчас играла?
-Можно на «Ты»? – поинтересовался Вячеслав.
-Если будет угодно, - я легко пожала плечами, чтобы уловить мог только он один.
-Ты не планируешь возвращаться в Москву?
-Пока нет. Думаю развеять немного мысли здесь, а потом съездить куда-нибудь позагорать, - поделилась я своими планами.
-Жаль. А я здесь всего на несколько дней.
-Уверена, Вам у нас понравится.
Мы ещё пару минут поболтали совершенно на отвлеченные темы не касающиеся наших личностей и разошлись. Он отдыхать дальше, а я извинилась перед папой и ретировалась тихо и безболезненно.
Вечер был потрясающим. Время близилось к одиннадцати, поэтому становилось немного зябко от июньской прохлады. Он ведь не успел стать полноценным летом ещё. Я поежилась, обняв себя руками, и поплелась, минуя стоянку, где дежурил Сергей. Хотелось побыть одной и проветрить мысли. И почему-то я не боялась идти в одиночку по малознакомому ночному городу. Не знаю, откуда взялось это бесстрашие, но оно меня даже вдохновляло.
Я двигалась наугад, проходя темные переулки, освещенные широкие улицы, на которых кипела жизнь. Куда вела меня эта дорога я знала, но не знала, как остановиться. Мне нужно будет потратить больше часа, чтобы оказаться там. А мышцы даже после восстановительных работ все равно ныли. И моё бегство продолжалось до тех пор, пока я не остановила себя на созерцании прекрасной ночной панорамы города с горбатого моста. Зрелище было завораживающее даже для такого небольшого городка. А внизу шла река. Темная, пугающая, которая манила своим искусственным блеском и таила в себе множество опасностей. Каких? Ну, например, если я захочу вдруг окунуться, то я не смогу выбраться потому что очень плохо плаваю.
На мосту почти тихо. Иногда проезжают запоздалые водители. Видимо, не такая эта дорога уж важная. Оно и хорошо! Можно просто насладиться своим одиночеством и никто не помешает. Когда ещё удастся? Нет, суицидальными наклонностями я не страдала. Жизнь я любила, как впрочем и жить. Ну, а если я как-то не так любуюсь водой, или встала на перила моста, при чем не на самую верхушку, а на узор, что шел посредине, то это просто для того, чтобы испытать острые ощущения и перестать думать о Разумовском.
-Девушка, слезайте с перил, - пронесся в голове галлюцинацией голос того, о ком я думала в последний момент. Кажется, я совсем сошла с ума! Или нет?
Я, конечно, перестала принимать пилюли, но стоящий в трёх шагах от меня мужчина был реальный.
-Ты? – удивился он.
-Оу, - опомнилась я, понимая, как двусмысленно сейчас выгляжу, - это не то, что ты подумал.
Ну, вот! Теперь и в его глазах я буду психически неуравновешенной. Хуже не придумаешь.
-Петрович сказал, что у тебя какие-то проблемы, но я и не думал, что все настолько запущенно.
-Господи, - я вернулась на твердую землю, а в моем случае на заасфальтированную поверхность моста, и рассмеялась, - я не на столько сумасшедшая, как тебе показалось. А ты как здесь?
-Еду домой, - объяснил он. – Вот что. Я, конечно, не Робин Гуд, и не спасаю сумасшедших девиц, но давай, я лучше тебя увезу от греха подальше, - он указал на байк, стоящий в метрах пяти от нас. Я подавила нервный смешок. Как я сразу не догадалась, что транспорт принадлежит ему?

06 ноября 2019 мне нравится

 
 

Кош_Иваныч

Кокшетау

Была 16 ноября 2019

Разделы:
Моя творческая натура, которая поселилась внутри моего тела когда-нибудь меня погубит. Муж говорит мне, что я кидаюсь из крайности в крайность и никогда одно единственное занятие не сможет меня заинтересовать.
Но я знаю одно, что моя бурная фантазия позволяет мне комфортно существовать в этом мире.
Рассказы мои складываются из жизни друзей и знакомых, из моих снов, которые подкидывают иногда интересные сюжеты, из моих наблюдений. Люблю смотреть на людей и фантазировать, какая же у них жизнь. Это так легко и интересно.
И я жалею, что в сутках так мало времени, потому что его не хватает, чтобы выразить все идеи, которые роем бьются внутри моей головы.
И даже несмотря на то, что мой мир сосредоточился три с половиной года назад вокруг моей доченьки, чтобы не умереть от монотоности будней, мне нужно вкладывать куда-то эту частичку творческой души. Спасибо, вам, что принимаете её с благодарностью! ВАША...

https://m.vk.com/public170242410 (группа вконтакте)

@kosh_ivani4 (моя творческая страничка в инстаграм)

Реклама

Yanita.net - пошив на заказ: