запомнить
Войти
Найти Рейтинг авторов

Дело было в ноябре

Дело было в ноябре, под ногами чавкала противная жидкая каша из грязи, истлевших листьев и первого снега. Я уныло брел по улице, пялился на витрины и думал, что паршивее дня просто быть не может. Я только что в очередной раз поругался со своей очередной половинкой, на этот раз уже окончательно. Анька грубо орала, мерзко растяпив рот, и пускала обильные слезы, смывая остатки косметики. Господи, что может быть противнее женских истерик! Изменив мне пару раз с моим же лучшим другом, любимая считала, что имеет полное право назвать всех мужиков уродами и запулить мне в лицо моим же букетом. Собственно говоря, ничего страшного и смертельного в этом расставании не было, истеричка-Анька мне уже порядком надоела, но на душе все равно было тускло и муторно. Я поднял голову и вдруг увидел … ЕЁ. Совсем юная, лет семнадцати. Светлые волнистые волосы небрежно рассыпаны по плечам. Гордо поднятая голова. Тонкий изгиб шеи. Не знаю, была она идеально красива или нет. Я любил совсем других девушек, брюнеток с резкими четкими чертами лица, абсолютно правильных, симметричных, вычерченных по линеечке, холодных мисс-вамп. А это юное чудо.… Вся она дышала, находилась в движении. Веселая радостная улыбка. Цыганские черные глаза. Нежно-голубой шарфик. Легкая летящая шубка. Её крошечные ножки едва касались земли, как будто грязь не могла запачкать это невинное, девственно-чистое существо. Она пролетела мимо, а я стоял, как дурак, пялился ей вслед. Единственная мысль билась в моей башке: «Эта девушка никогда не закатит мерзкой истерики…». Прошло несколько месяцев, я не пытался искать свое чудо, так как двадцативосьмилетний мужик, потрепанный достаточно, чтобы в каждой женщине видеть стерву и истеричку, просто не имеет право мечтать о чистоте и невинности. Наступил апрель, те странные жаркие дни, которые в мае сменяются собачьим холодом. И снова передо мной мелькнула ОНА. Опять в центре города, на запруженной народом улице, но мне казалось, что существовали только мы: Я и ОНА. Снова в чем-то голубом, такая же мечтательная, улыбчивая, дающая радость. А летом я стал видеть её каждый день. Около шести вечера в этом самом месте мелькали в толпе её разлетающиеся волосы, её легкая, чуть вприпрыжку, походка, необычайно черные глаза, задумчивая улыбка. Да, это была именно МОЯ девушка, я понял это. Я боялся, что она в один прекрасный день она исчезнет, испарится, но подойти к ней я не мог… Моя красавица снилась мне ночами, с утра я начинал думать о том, как вечером увижу её, вдохну тонкий, свеже-цветочный запах её духов, когда она будет пролетать мимо меня. Я знал, что, если не увижу её, умру, потому что только её улыбка дарила мне жизнь… Как-то я отправился фотографироваться, толстая баба-приемщица перебирала фотографии, в жирных пальцах мелькнула любимое лицо. Я упросил тетку продать мне снимки. Теперь моё чудо было всегда со мной, моё солнышко, самая чистая, самая недоступная… Парень, с которым мы работали вместе, пригласил меня на вечеринку к себе домой. Маринка, девушка, которая числилась в моих половинках, напилась шампанского и приготовилась плясать на столе. Все остальные тоже были уже хорошенькие и хором её поддерживали. Вдруг раздался звонок в дверь. Хозяин, покачиваясь, отправился открывать. Зазвенел чистый, веселый девичий голосок:- Костик, у тебя соль есть? У меня дома хоть шаром покати!- У нас все есть! Проходи, будешь украшением нашего стола! И тут в комнату вошла ОНА. Чуть застенчивая, чуть робкая, но все такая же радостная улыбка играла на её губах. Я вздрогнул и уронил рюмку, она со звоном разбилась. На счастье… Весь вечер мы стояли на балконе и разговаривали. Её звали Светланой, и ей на самом деле было девятнадцать. Маринка пускала пьяные слезы на кухне в объятиях Костика и называла меня сволочью, а мою прекрасную – мерзкой дешевкой. А нам было все равно. Я показал ей купленные снимки и рассказал обо всем. Её смех звенел серебряным колокольчиком. Оттопырив нижнюю губу, она сдувала пряди светлых волос со лба. Меня неприятно поразило, что она курит, но это не имело не малейшего значения. Когда гости стали расходиться, Светлана пригласила меня зайти к ней, выпить настоящего кофе, сваренного в турке. Точнее я сам нагло напросился, потому что закончить этот бесконечный разговор не мог и не хотел. С большими чашками потрясающе ароматного кофе мы расположились на диванчике у неё в комнате. До четырех часов утра мы молчали и разговаривали, разговаривали и молчали, и молчание было красноречивее любых слов. Потом мое солнышко начало зевать, как маленький сонный котенок. Я решил, что пора поиметь совесть и отправиться в свою холодную одинокую квартиру. Я встал и бросил взгляд на НЕЁ, на мою драгоценную, самую чистую на свете девочку. И тут…я не понял, что произошло, то ли её бросило ко мне в объятия, то ли я накинулся на неё. Я целовал её жадно, неистово, и этот ребенок так же страстно и умело отвечал мне. Да, мы провели эту ночь вместе, я не мог оторваться от этого самого желанного на свете существа. И мне казалось, что все мое прошлое, все мое будущее – это полная ерунда, потому что есть только настоящее, есть ощущение безумного счастья, есть только она и я, и нас двое на белом свете. Утром удивительно-радостный лучик октябрьского солнца заглянул мне в лицо и разбудил меня. ОНА, моя драгоценная, моя самая замечательная, стояла в одних трусиках на кухне и варила свой обалденный кофе. Вдруг что-то вспыхнуло в моей груди, я натянул брюки и вылетел из квартиры. Когда через двадцать минут она открыла мне дверь, я, как романтичный мальчишка, упал перед ней на колени и протянул ей гигантский букет роз.- Выходи за меня замуж. Непонятная, горькая усмешка, так не похожая на обычную её нежную улыбку исказила её губы. - Прости. Я должна тебе объяснить… Мир рушился как карточный домик… Она… Любовница…Деньги… он богат и влиятелен…вытащил её из полного андеграунда…Что за андеграунд? Обычная история…Она влюбилась…её бросили…боль….тоска….пошла по рукам…он её купил… Я слушал и не слушал её одновременно. Встал, прижал её нежную, прозрачную ручку к своим грубым, жестким губам и вышел из квартиры.Октябрь, ноябрь, декабрь…. Время летело, мне стукнуло тридцать, но никого, никакую женщину на свете я не желал, не мог выносить настолько, чтобы провести рядом хотя бы пять минут. Мне нужна было одна – единственная и неповторимая, мое солнышко. Несколько раз я подходил к её подъезду, сидел на лавочке под окном и курил. Однажды я увидел, как она выпорхнула из двери, держа под ручку отвратительно толстого и губастого мужика лет пятидесяти, ростом ей по плечо. Они сели в сверкающий глазастый «Мерин»…

(c) Лана Алешко
29 июня 2007 мне нравится
Оценили: 2 гостей.

 
 

besoin_de_toi

Иваново

Была 04 июля 2016

Разделы:

Реклама

Yanita.net - пошив на заказ: