запомнить
Войти
Найти Рейтинг авторов

Как кошка с собакой...

Считается, что собаки - самые преданные существа, самые верные. А кошки всегда гуляют сами по себе, уходят, чтобы никогда не вернуться. Считается, что собаки существуют для того, чтобы любить и ждать, а кошки - чтобы их любили и ждали. Собаки машут хвостом от радости, а кошки - от гнева. Поэтому и живут "как кошка с собакой"... История расставляет штампы и сама же их подтверждает - день ото дня...

Пес был умным и настороженным. Всегда. Он охранял свой дом, свой двор, своего хозяина от непрошеных гостей. Каждое утра Пса начиналось с того, что он вылезал из будки, сладко потягиваясь, и обходил свои владения по периметру, выискивая некстати забежавших мышей, распугивая громким лаем нахальных воробьев и тщательно обнюхивая все углы - вдруг где-то мелькнет запах чужака, который угрожает его сытой и спокойной жизни. Затем его Папа, в миру хозяин, выставлял Псу миску, наполненную горячей кашей с мясом, трепал его за ухом и отправлялся на службу. А Пес преданно ждал у ворот, изредка зевая и отмахиваясь от мух. Папа приходил с работы, и повторялся утренний ритуал - миска с кашей, почесывание за ухом. Потом к Папе приходили "чужаки" в гости. Пес одно время пытался радоваться и им, но пару раз ему больно наступили тонким каблуком на хвост, а когда он испачкал одной "чужачке" юбку своей шерстью, пытаясь приласкаться, Папа начал сажать его по вечерам на цепь, чтобы не лез к гостям. Так Пес и коротал вечера в своей будке, дожидаясь нового утра, когда Папа вновь потреплет его за ухом...

То утро начиналась как обычно - обход территории, миска, ухо, щелчок замка на калитке. Пес лениво зевнул и потянул носом воздух... Фу! Ну и запах... Пес еще раз повел носом по ветру и резво потрусил к забору. Вот это наглость! На заборе вольготно раскинулась Кошка, белая как снег, с разноцветными глазами - один голубой, другой рыжий.

- Мррррррррр... Прррррривет тебе.... - нараспев протянула Кошка и вытянулась так, что стала казаться еще длиннее.
- Рррррррр... Гав! Гав! Гав!!!
- Послушай, ты что, не можешь говорить нормально? Что еще за междометия? Гав-гав... Дурдом! - резюмировала нахалка.
- Гав! Гав! Гав-гав-гав! Пшла!
- О! Да ты, оказывается, слова какие-то знаешь... Да хоть весь обгавкайся, меня ты здесь точно не достанешь. Слушай, а тебе здесь не скучно одному?
- Рррррррррр... Кыш!
- Ну и черт с тобой. Рррррр, - передразнила его наглая оккупантка. - Вот и сиди здесь один как сыч.

С этими словами Кошка приподнялась, выгнула спинку, потянулась и исчезла по ту сторону забора. Пес раздраженно забегал вдоль ограды, изредка привставая на задние лапы. Потом гавкнул еще пару раз для порядка и вернулся на свое постоянное место у ворот. Оккупантку он прогнал, значит, свою миссию и долг перед Папой выполнил. Можно ждать дальше...

В этот день Папа вернулся позднее обычного и не один. С ним вместе приехала та самая, на каблуках. Пес повел носом... От Папы пахло как-то непривычно. Противно.
- Милый, опять оно здесь. Ну сколько можно? Посади его на цепь, наконец. Вон как смотрит на меня, аж слюна из пасти каплит... Ик... Капает.
- Пес, пошел вон, - согласно подхватил Папа и для убедительности замахнулся портфелем.

Пес сел на траву и недоуменно посмотрел на Папу. А где же каша? А за ушком потрепать?

- Пшел ВОН! - прибавил децибел в голосе Папа. - Вон!!! На место! Пшел!!!

Пес попятился, и так, задом, уполз в конуру. Лег и положил морду на лапы. Папа про него вспомнит. И кашу принесет. Надо только подождать. А пока можно закрыть глаза и тихонько вздремнуть...

Внезапно над головой раздался шорох. Пес вздрогнул, подскочил и от неожиданности не смог сразу сообразить, откуда идет шум. Потом высунулся из конуры. На крыше сидела та самая утренняя нахалка и с наглым видом умывалась лапкой, слегка подмурлыкивая.

- Гаааааааааааааав!
- Не ори, дурак, - неожиданно спокойно отреагировала Кошка, не собиравшаяся, по всей видимости, покидать крышу будки. - Сейчас хозяин твой выйдет и как даст тебе по башке за то, что отдыхать ему мешаешь, мало не покажется.
- Пшла прочь! Рррррррррррр! Гав! Гав!

Кошка фыркнула, развернулась и стремительно исчезла в кустах. Над крыльцом зажегся фонарь, в его свете показалась слегка покачивающаяся фигура обожаемого Папы, с цепью в руках.

- Ты совсем одурел? Наглая псина! На место, я сказал! НА МЕСТО! Я щас тебе вдарю! Скотина! Заткнись!

Папа замахнулся цепью, Пес метнулся в сторону и пополз в сторону будки.

- Ты у меня на цепи неделю будешь сидеть! И пасть не раскрывать! Скотина бестолковая!

С этими словами Папа закрепил цепь на ошейнике и натянул на морду совершенно не сопротивлявшегося Пса намордник. Потом сплюнул себе под ноги и той же покачивающейся походкой направился в сторону дома. Пес лег прямо на землю. Намордник немилосердно стянул шерсть по обе стороны пасти, дышать было тяжело. Так и придется дожидаться утра...

- Только тихо! Не вопи, - прямо перед носом пса мелькнула юркая тень. - Спокойно! Я же тебя предупреждала.

Пес зарычал. Тихо так, устало. Дернулся, но застыл.

Кошка прошлась вдоль морды, внимательно обнюхала ошейник и ремешки намордника. Потом бесстрашно ткнулась носом в собачью шерсть и принялась там возиться.

- Рррррр, - забеспокоился Пес.
- А ну-ка цыц! - приказала нахалка. - Видали мы такие намордники. Делов на две секунды.

С этими словами Кошка посильнее впилась в шерсть, дернула, мотнула головой, и кожаный ремешок распался на две части. Кошка вытянула лапку, подцепила ей намордник, и через секунду собачья пасть оказалась на свободе. Пес ошалел от таких действий со стороны врага, поэтому забыл даже как рычать.

- Слушай, а ты мышей ешь?

Пес просто кивнул, не совсем понимая, что происходит. Кошка усмехнулась и скрылась в кустах. Оттуда раздалось непродолжительное шуршание, сдавленный писк, и через секунду довольная Кошка материализовалась перед носом Пса, держа в зубах жирненькую полевку. Выплюнула ее и подтолкнула лапой:
- Ешь давай. Я сейчас еще поймаю...

Вот так и началась дружба преданной собаки и кошки, которая гуляет сама по себе...

Утром Папа никак не мог вспомнить, надевал ли он вчера на Пса намордник. Вроде надевал. Однако Пес, как обычно, вышел его встречать утром, улыбаясь во всю пасть. Намордника не было. Да и у Папы так немилосердно болела голова, что ему было совсем не до Псовых проблем. С тем он и уехал на службу.

Кошка каждый день приходила к Псу "в гости". Она приносила ему мышей, рассказывала о том, что творится за забором. Она всегда приходила в разное время, то рано утром, то тогда, когда солнце уже катилось к горизонту. Пес начинал ждать ее с самого утра, как только за Папой захлопывалась калитка. Пес знал, что Кошка "хозяйская", "из интеллигентной семьи", что ее Папа - профессор каких-то там наук. Но при этом она умела виртуозно ловить мышей, ругаться и по-кошачьи и по-собачьи и однажды, на спор с Псом, залезла на макушку высоченной сосны, которая стояла на участке. Псу никогда не было так весело, даже когда Папа изредка брал его с собой на речку, охранять машину. Кошка учила его играть в догонялки так, чтобы даже мысли об охоте не возникали в голове, ловила вместе с ним бабочек, а когда ему надоедало бегать, сворачивалась около него калачиком и начинала "намурлыкивать" ему разные песни.

Ночью, когда от Папы "плохо пахло" (Кошка как-то невнятно объяснила, что это значит - "навеселе") и он сажал Пса на цепь, Кошка садилась с ним рядом около будки, обвивала хвостом его переднюю лапу и рассказывала ему о звездах. Пес не знал, что такое звезды. В его собачьем понимании это были какие-то мухи, которые летают так далеко в небе, что ни одна кошка не может до них допрыгнуть. Кошка ласково смеялась и обзывала его "дурачьем кобелиным".

И вот однажды Кошка не пришла. Ее не было три дня. Пес не ел. Он не мог смотреть на мышей, потому что сразу начинал беспокоиться о том, что с ней случилось. Он не мог встречать хозяина по вечерам, потому что это означало, что еще один день прошел, а Кошка не пришла. Звезды перестали быть для него просто мухами. Они начинали складываться в слова "дурачье кобелиное". Пес выл на них, чтобы прогнать. Выходил Папа "навеселе" и нацеплял на него намордник. Пес пытался выть через него. Выходило плохо.

Кошка появилась только через три дня, ночью. Истощавшая, с горящими глазами. Не говоря ни слова, она, как когда-то, вгрызлась в его шерсть, чтобы снять намордник.

- Прости меня, - виновато промурлыкала Кошка. - Меня забрали в город, "на зимовку". Не хочу я там. Я ведь даже не успела попрощаться. Пойдем спать, а? Я пятьдесят девять километров преодолела, даже мышей нет сил ловить...

С тех пор Кошка жила вместе с Псом в его будке, умело прячась от Папы. Она приучилась есть кашу, изредка разбавляя ее мышами, которых становилось все меньше. Наступила осень, холодная, промозглая. Кошка еще сильнее отощала, из снежно-белой ее шубка превратилась в грязно-серую, почти черную. Она постоянно мерзла, поэтому все чаще зарывалась в собачий хвост, пытаясь им укутаться. Но звезды на небе светили все ярче, а песни ее с каждым днем становились все нежнее...

В жизни Папы тоже произошли перемены. Та самая, на каблучках, начала появляться в доме сначала через день, потом каждый день. Однажды, ноябрьским утром, когда выпал первый снег, на крыльцо вытащили десять чемоданов и бессчетное количество тюков и пакетов. Все это загрузили в подъехавший грузовик. Папа подошел к будке, подозвал Пса и потрепал его за ухом, впервые за много месяцев.
- Ну все, Пес, будем теперь жить как люди, в городе. Будет у нас квартира, а здесь, значится, дача. И коврик у тебя будет около двери, все как у людей. Маринку я уговорил, куда ж я без тебя... Никому ты, дурила, не нужен, но не бросать же тебя, скотина этакая. Ну все, загружаемся.

С этими словами хозяин, придерживая Пса за шкирку, завел его в грузовик, на пассажирское сиденье, рядом с собой. И снова потрепал за ухом. Пес доверчиво прижался к нему, осознавая только одно - хозяин его любит. Машина тронулась. Снег, словно по команде, повалил еще сильнее. И в этой снежной пелене скрылся грузовик. Стало тихо.

Кошка выглянула из собачьей будки. Пробежалась по тропинке до калитки. Ловко перепрыгнула через забор, прошлась по дороге взад и вперед. Потянула носом воздух. Все понятно. Кошка взъерошилась, отряхнула снежинки, осевшие на спине, и вернулась обратно к будке. Надо ждать. Он скоро вернется. До города всего пятьдесят девять километров, если не отвлекаться на мышей...

Когда наступила весна, Папа и Марина с Псом вернулись на дачу. Тот же грузовичок, вздымая клубы пыли, перевез те же самые бессчетные тюки обратно, из города. Залязгал замок на калитке, дом наполнился топотом и голосами. Пес пробежал по знакомой тропинке до своей родной будки, обнюхал все внимательно... Фу, чужой запах... Непонятный, противный. Откуда? Пес поскреб лапами тряпки, валявшиеся у входа в конуру. Вот он, источник. Бумажка какая-то, клеем пахнет. Рррррррррррр....

Пес не умел читать. Тем более объявления. Если бы рядом была Кошка, она бы зачитала ему вслух (ведь ее Папа все-таки был профессор). А там было написано так:

"Попала кошка! Помогите, пожалуйста, найти! За любое вознаграждение! Белая, с разноцветными глазами, откликается на кличку Фида. Очень переживает ребенок".

P.S. Не переживайте. С Кошкой все хорошо. Она просто гуляет сама по себе. Как и положено кошке. А Пес, как и положено псу, верен своему хозяину. История расставляет штампы и сама подтверждает их.

(c) Лана Алешко
26 июня 2012 мне нравится

 
 

besoin_de_toi

Иваново

Была 04 июля 2016

Разделы:

Реклама

Yanita.net - пошив на заказ: